29 Марта 2005
Сравнение с КПСС хромает на обе ноги!

Трибуна

 гостях у «Трибуны» — секретарь генерального Совета «Единой России» Валерий Богомолов

После явления народу «Единой России» в роли уже правящей партии возник вполне объяснимый интерес к авторам этого самого масштабного политического проекта последних лет. Один и них - 53-летний Секретарь Генерального совета партии Валерий Богомолов, совершивший за последний год головокружительную карьеру. Но прежде...
Начал трудовую биографию скромным учителем истории в Вологодской области, дорос до второго секретаря посольства СССР в Берлине, потом шесть лет, до 2002-го, оттрубил собкором нашей газеты в Будапеште (какие кадры воспитываем!), и вот - взлет на ниве партстроительства...
Поговаривают, что взлету этому способствовало давнее знакомство с Владимиром Путиным. Впрочем, сам Богомолов распространяться на эту тему не любит и в отличие от многих сегодняшних в число носивших когда-то с вождем бревно записываться не спешит. И в публичные политики не лезет, предпочитая мельканию на телеэкранах будничную работу за кулисами. Но люди сведущие уже отметили хватку и напор, с которыми Богомолов в кратчайшие сроки вошел в «узкий круг революционеров», точнее, управленцев, меняющих политический ландшафт России. И как соавтор убедительной победы «Единой России» на недавних выборах. С этого, собственно, и начался разговор.
- Сейчас, когда эйфория от декабрьского успеха понемногу спадает, вы можете ответить на не очень приятный вопрос: сколько процентов голосов были получены единороссами благодаря административному ресурсу?
- Во-первых, эйфории нет и не было. Эйфория ведь когда возникает? Когда победа случайна, когда на нее не рассчитывают, и вдруг она падает как манна небесная. Мы же исходили из четких расчетов и технологий. Во-вторых, выиграть выборы, да еще с таким перевесом, одним только административным путем невозможно. Никто не отрицает наличие административного ресурса. Но тут надо разобраться. Стоит губернатор во главе списка — и это трактуют как административный ресурс. Но, с другой стороны, это волеизъявление человека. Что же, по-вашему, надо запретить губернатору это делать, выражать свои политические взгляды? Когда половину российских регионов возглавляли представители КПРФ, это считалось нормальным. Сейчас же все вдруг вскричали. Не будем лицемерить: да, тут присутствовал административный ресурс. Но он был не более 5-7 процентов. Это каждый здравомыслящий и незашоренный политолог вам скажет.
Естественно, мы не должны отрицать (а мы не отрицаем, а даже подчеркиваем это) огромную роль моральной поддержки президента Путина, который ясно сказал о том, что «Единая Россия» — это та партия, с которой ему было приятно и конструктивно работать в Государственной Думе. Это наш президент, мы его считаем нашим неформальным лидером, мы это не скрываем, мы прямо провозгласили: «Путин — наш президент». Но разве в этой позиции — и президента, и партии — есть что-то незаконное? Поэтому дело все-таки не в пресловутом административном ресурсе, а все глубже — в общественных ожиданиях, в доверии граждан. Это и есть главный ресурс. Вот у меня расчеты, которые мы делали перед выборами. Задача минимум — 20 процентов голосов, задача максимум — 37 процентов. Видите? В свое время один из формальных лидеров партии спросил: а почему вы дальше-то не стали рассчитывать? Скажем, на 45 процентов? Я ему сказал, что дальше — лотерея, крупный выигрыш. А 37 процентов — это работа, трезвый расчет. То есть, повторю, мы набрали то, на что серьезно рассчитывали. Приняли мы партию, между прочим, с руководителем Центрального исполнительного комитета Юрием Волковым, когда ее рейтинг не превышал 13-15 процентов. Так что, извините, мы свою квалификацию политменеджеров подтвердили. В отличие, кстати, от многих политологов, которые только раздували щеки и какие-то прогнозы строили на песке.
— А как вы отнеслись к первой реакции многих СМИ, которые называли заместителя главы кремлевской администрации Владислава Суркова истинным победителем прошедших выборов, главным кукловодом? Не ревнуете?
— Вообще эти штампы в оценках людей и событий очень присущи нашей российской журналистике. Увы. Вот и утверждение, которое вы привели, банально.
Что касается Владислава Суркова, то я лично считаю, что он очень умный, профессиональный и — самое главное — эффективный управленец. Отрицать его роль в победе «Единой России» было бы неправильно. Но, насколько я знаю, мы не обладали монополией на общение с Сурковым и другими руководителями администрации, в Кремле консультировались практически все лидеры партий и движений.
— А сегодня консультации продолжаются? Ну, скажем, по поводу состава правительства?
— Мы сейчас стремимся прежде всего заложить основы эффективной работы Государственной Думы четвертого созыва. Это не просто дележ портфелей, как пишут некоторые. Дума новой конфигурации, должны быть выработаны совершенно новые взаимоотношения. И с этой точки зрения надо рассматривать и взаимодействие с нашей партии, будем откровенно говорить, контролирующей Думу, и с правительством, и с президентской администрацией. Этот вопрос сейчас продумывается, естественно, эти отношения будут выстроены несколько иначе, чем это было раньше.
— Продумывается и на уровне персоналий?
— Пока на уровне механизма, принципов. Вырабатываются правила — на первый момент, на первые чтения, на весеннюю сессию. Потом, возможно, они могут видоизменяться. Но главное останется: будет больше конструктивности, больше согласия, чем конфронтации, лоббистских столкновений.
— Насчет согласия... «Единая Россия» причислила себя к центристам, а правительство у нас почти правое.
— Давайте спросим сначала, а что такое «Единая Россия»? Это правоцентристская партия. Левоцентристская партия еще должна будет создаваться. Когда она появится в России — это история покажет. Но мы правоцентристская партия. Когда называют правыми СПС — это с точки зрения политологии неправильно, неграмотно, абсолютно неверно. Какие же они правые? Ни в Европе, ни в Америке либералы не называются правыми. Правыми называют консерваторов. Вот про единороссов порой бухтят: партия чиновников. А между тем за «Единую Россию» проголосовало село, малоимущие. Да какая же мы партия чиновников, если за нас голосует село? Мы правоцентристы, а село традиционно настроенное население. То есть за нас голосовала очень большая часть наших избирателей — традиционалистов. И когда мы начали строить предвыборную кампанию, мы спросили себя: а почему мы должны отдавать традиционные наши российские ценности на откуп только КПРФ? Почему, скажем, о патриотизме говорит только КПРФ? А мы что, меньше Зюганова Родину любим?
Наша идеология базируется на двух столпах. Первый — это умеренный либерализм. Второй столп огромнейший — это традиционные российские ценности. Кстати, почему проиграл Столыпин, в чем была суть спора Столыпина и Толстого? Потому что Столыпин отрицал традиционные российские ценности. И его умеренный либерализм не прижился. Его в конце концов смели...
Если в России, дай Бог, появится еще одна партия — левоцентристская, то она должна строится опять на двух китах: социальная справедливость и... традиционные российские ценности. Вот такая политическая система будет устойчива. Тогда, если народ устанет от умеренного либерализма и всяких трудностей, связанных с реформами, потребует передышки, тогда произойдет смена власти. Даже не смена власти, а смена у власти. Просто люди поменяют Грызлова,Богомолова на Ивановых, Петровых. Я долго работал за границей, наблюдал. Примерно 8 лет в среднем правят консерваторы, потом четыре года — социалисты. Такой вот цикл — и никаких революций. К чему это я вам все рассказываю? Чтобы подчеркнуть: у «Единой России» как правоцентристской партии нет антагонизма с правительством, по крайней мере, в том плане, в котором вы поставили этот вопрос. То есть, у нас нет антагонизма с правительством, потому что мы в известной степени либералы. Не случайно сейчас заметна тяга правительства в нашу сторону.
А что касается персоналий... Я думаю, правительство не будет меняться, пока не произойдет президентских выборов. После этого по закону будет снова утверждаться премьер-министр, обсуждаться новый состав правительства. Согласно Конституции мы не имеем другого права, кроме как дать президенту кадровый резерв. Мы дадим, а все решения на сей счет — компетенция президента.
7 декабря, когда я приехал в ЦИК, уже было известно, что мы побеждаем, вот меня и спросили: кто, по-вашему, будет новым спикером?
Я технолог-то опытный, а политик-то — начинающий. И рубанул, как думал: конечно, Грызлов. Не успел подняться наверх, мне уже звонок от моего друга, очень уважаемого. Он сказал: а почему ты за президента решаешь, что президент уберет министра силового блока и даст возможность ему стать спикером, это же президентские функции. Так что пришлось уточнять: это мое личное мнение, что будет Грызлов, а уж как президент решит, не знаю...
— Партия ваша матереет, сейчас в ходу сравнения с КПСС... Каково будет ее строение? Будут ли, например, у вас там отделы экономики или, скажем, культуры?
— Сегодня классическими партиями можно назвать только две партии: КПРФ и «Единая Россия». У нас 89 региональных партийных организаций, 700 тысяч членов партии, развитая партийная структура. И мы будем продолжать такое партийное строительство, цель которого — приближение партии к избирателям. И второе: наши структуры должны быть как можно прозрачнее, чище. Не врать народу! В последние годы многие партии создавались, что-то обещали, а потом тихо испускали дух. «Единая Россия» - партия конкретных дел. Если есть возможность — мы делаем, если нет возможности — говорим: извините, мы сейчас не можем сделать. Мы же не говорили, как иные конкуренты: если вы нас выберете, завтра будет пенсия средняя 6 или 8 тысяч рублей. Это же совершенно нереально! И если раньше народ поддавался на эту ложь и голосовал, то сейчас увидел, что «Единая Россия» не заманивает каким-то красивым пряником. Это относительно принципов. А сравнение с КПСС хромает на обе ноги. Во-первых, в России сегодня все-таки многопартийная система. Во-вторых, «Единая Россия» в отличие от КПСС допускает многообразие мнений. Конечно, отраслевые отделы, как в КПСС, — это чушь. Мы стремимся сделать «Единую Россию» в какой-то степени голлистской партией. Потому что в том историческом периоде, в котором сейчас находится Россия, для сильного президента, умеющего генерировать идею, президента, поставившего целью восстановление России как государства мощного, динамично развивающегося, с хорошо отлаженным, функционирующим гражданским обществом, на этот период необходима партия, на которую он мог бы опереться. Помните, такая партия во Франции в послевоенный период вывела страну со дна в европейские лидеры.
— Кстати, де Голль был «немножко диктатором»...
— Я думаю, надо не диктатурой пугать, а говорить об ответственности. Свобода без ответственности — это хаос. Свобода и ответственность — взаимосвязанные вещи. Например, ответственность предпринимателя перед своими рабочими, чтобы Потанин понимал, что думать надо не только о Куршевеле. Чтобы человек, став за несколько лет в России миллиардером, не коллекционировал «Челси», а все-таки как-то сверял свои устремления с интересами страны, где он обогатился. Если ты это заработал в России — вложи сюда. Это и есть ответственность гражданина.
— Вы действительно верите, что такая гражданская ответственность может стать в России нормой? И что единороссы могут дать пример такой ответственности?
— Не верил бы — зачем тогда было и огород городить. Не надо смотреть на наше время столь скептически. Знаете, в XIX веке, после поражения в Крымской войне, Россия переживала трудный период в своей истории. Думала, сомневалась, ворочалась. Тогда канцлеру Горчакову пришло письмо из Европы: что там, про Россию ничего не слышно, как там Россия? Горчаков ответил адресату одной-единственной фразой: «Россия сосредотачивается». Хорошо звучит, правда? И актуально.
Беседовал
Валерий ПЕТРОВ

Надо не диктатурой пугать,
а говорить об ответственности.
Свобода и ответсвенность — взаимосвязанные вещи. Например, ответственность
предпринимателя перед своими рабочими,
чтобы Потанин понимал,
что думать надо не только о Куршевеле.
Чтобы человек, став за несколько лет в России миллиардером, не покупал «Челси», а все-таки как-то сверял свои устремления с интересами страны, где он обогатился.

Наверх | Вся пресса

Вы можете оставить свое мнение заполнив эту форму:
Ваше имя:
Ваше E-mail:
Заголовок
Ваше мнение:

Наверх | Вся пресса